Послесловие

Завершая книгу, меньше всего хотелось бы подводить читателя к каким-либо обязательным и “правильным” выводам. Пусть это сделает он сам.

Историю Церкви, ее земные дела можно оценивать по-разному. Зачастую это зависит от мировоззренческой позиции человека, а также его осведомленности в церковной истории. И если первое является незыблемым правом каждого, то второе находится в плену обстоятельств. И автор считает свою цель достигнутой, если расширил эту осведомленность, дал пищу для размышлений и импульс к новым поискам.

Размышляя о прошлом Церкви, нельзя забывать о том, что лишь малая часть ее действительной жизни может быть открыта исследователю. И дело здесь не только в состоянии источников. Самое главное — вера и утешение, святость и падение, атмосфера общей или домашней молитвы, внутренние переживания и религиозное состояние—может быть запечатлено в источниках лишь косвенно и является только слабым отражением реальной церковности наших предков. Вот почему историю Церкви мы — при всем нашем желании — познаем лишь частично, внешне, и познание этого прямо связано с собственным жизненным опытом.

Вместе с тем, отметим, что в архивах хранятся массивы нечитанных материалов церковных дел, а в памяти старых людей живут еще воспоминания их дедов о церковных православных традициях. Все это может стать делом десятков и сотен исследователей и краеведов, делом благородным и необходимым. Призывом к нему автор и завершает свое небольшое повествование.