Женские... подзатыльники.

Женская одежда раньше была преимущественно распашной. Заметное своеобразие имела первая верхняя одежда, к которой относились летники, телогреи и др. 

Летник — верхняя холодная, причем накладная одежда, надеваемая через голову. Отличался покроем рукава, который равнялся по длине всему летнику, а ширина его была равна половине длины. Сшивались рукава до половины. Вот описание старорусского летника, сделанное стольником П. Толстым в 1697 г.: «Дворяне носят верхния одежды черныя ж, долгия, до самой земли и широкия и рукава зело долгие и широкие подобно тому, как преже сего на Москве нашивал женский пол летники». Название летник зафиксировано в 1486 г. Оно имело общерусский характер, позднее летник как название общей для мужчин и женщин одежды появляется в севернорусских и южнорусских диалектах. 

Поскольку летники не имели подкладки, то есть были холодной одеждой, их называли также холодниками. Женские ферязи — тоже холодники. В челобитной из Шуи 1621 г. читаем: «Жены моей платья феряз холодник киндяк желт да ферязи другие теплые киндяк лазорев». Еще в XIX в. холодниками в ряде мест называли различные виды летней одежды из холста. 

В описаниях быта царской семьи, относящихся ко второй четверти XVII в., несколько раз упомянута роспашница - женская верхняя распашная одежда с подкладкой и пуговицами. Только наличием пуговиц она и отличалась от летника. Слово роспашница появилось от необходимости в особом названии женской распашной одежды, поскольку мужскую называли опашнем. Старомосковское слово опашница тоже называло роспашницу. Во второй половине XVII в. распашная одежда свободного покроя потеряла спрос у представительниц высшего сословия. Все эти названия перешли в разряд историзмов. 

Теплую верхнюю женскую одежду чаще именовали — телогрея, которая была комнатной. Но подбивалась сукном или мехом. Телогреи мало отличались от опашней, их носили и мужчины. Эти меховые изделия не отличались от шуб: «Скроена государыне царице телогрея отлас цветной по нем травы куфтерные шолк червчат да светлозелен, длина шубе по передом 2 аршина». Так описано платье царицы в 1636 г. Телогреи длиной были короче шуб. Вообще в быт русского народа они вошли очень широко. 

В национальный период — это женская теплая кофта, душегрейка. 

Женские шубы иногда называли торлопами, но в начале XVII в. торлоп заменяется более универсальным шубка. 

Богатые меховые шубки короткого покроя, мода на которые пришла из-за рубежа, именовались кортелями. Кортели часто давали в приданое. Вот как они описываются в рядной о приданом 1514 г.: «На девке платья: кортель кунеи с вошвою семь рублев, кортель белей хребтов полтретя рубли да кортель черева бельи с тафтою и вошвою». К середине XVII в. кортели вышли из моды, а название перешло в разряд архаизмов. 

История слова кодман начинается с XII в. Кодман был женской одеждой, особенно распространенной на юге. В актах Воронежской приказной избы за 1695 г. описывается юмористическая ситуация, когда в кодман нарядился мужчина: «В катором де дни приходил нарядяс в женской в кодман и он пра то Василей не упомнит а котмон де надевал для шутки». Кодман был похож на накидку, которую носили в рязанских и тульских селах до революции. 

А когда появились «старомодные ветхие шушуны», о которых упоминает в своих стихах Сергей Есенин? В письменности слово шушун отмечается с 1585 г, предполагается его финское происхождение. Шушун — женская одежда из ткани, иногда подбитая мехом, известны были: «...шушун лазорев да шушун кошечей женской»; «.. заечинной шушун под ветошкою и тот шушун сестре моей»; «...да шушуненко теплое заечинное ветхое». Шушун, говоря иначе,— это севернорусская телогрея. Первоначально слово употреблялось только в восточной части севернорусской территории (Подвинье, Вага, Великий Устюг, Тотьма, Вологда), было представлено также в Зауралье и Сибири. В национальный период распространяется к югу до Рязани, к западу до Новгорода, проникает даже в белорусский язык. 

У поляков были заимствованы катанки— верхняя короткая одежда из шерстяной ткани, которую чаще носили женщины. Это тип телогрейки. В них ходили некоторое время в Москве, но закрепилась эта одежда только в тульских и смоленских местах. Пошивали ее из овчины, покрывали сверху сукном. 

Совсем вышли из употребления такие одежды, как китлик— верхняя женская куртка, перешедшая из польской моды, белик— одежда крестьянок из белого сукна. Почти не носят сейчас и часов — род накладной одежды, надеваемой в холода или для работы.
      ...Среди головных уборов необходимо различать женские платки, девичьи ленты и венцы, уборы, развившиеся из платков, уборы типа чепцов и шапочек. 

Плат — таково основное название женского платка в старое время. В ряде современных говоров оно сохраняется до наших дней. Уже в XVII в. известно и название платок. Вот как выглядел весь комплект головных уборов: «А грабежом с нее сорвала треух низаной с соболями, цена пятнадцать рублев, кокошник лудановой осиновой золотной с зернами жемчужными, цена семь рублев, да платок рубковой шит золотом, цена рубль». Цитата взята из московского судного дела за 1676 г. 

Платки, входившие в комнатный или летний наряд, называли убрусами. Слово убрус — от бруснуть, брысать, то есть тереть. Одежда модниц в Московской Руси выглядела очень красочно, что подтверждает список «Домостроя» XVII в.: «На всех летники желтые и шубки червчаты, в убрусе, с ожерели бобровыми, а в зиме в каптурех». 

Ширинка — другое название головного платка. А вот повой известен в донациональный. период очень мало, хотя позднее от этого слова развивается общеизвестное повойник. 

В книжной письменности головные накидки, платки носили и другие названия: увясло, ушев, главотяг, наметка, накидка, хустка. В наши дни наметка — женский и девичий головной убор — используется в южнорусских областях, а хустка — на юго-западе русской территории. 

С XV в. русские знакомы со словом фата. Фата — арабское заимствование, первоначально оно обозначало любое покрывало на голову. Затем развивается его нынешиее значение 'накидка невесты', вот одно из первых употреблений слова в этом значении, взятое из описания свадьбы князя Василия Ивановича, которая была в 1526 г.: «Великой княжне голову почешут и на княжну кику возложат, и фату навесят». 

Девичий наряд отличали повязки, которые оставляли открытой макушку (женщины же покрывали все волосы). Разными были эти уборы. Одни — из простых матерчатых лоскутков, другие напоминали необычный обруч. Основное название такое: перевязка (1637). Носили ее повсеместно: в царских дворцах и крестьянских избах. Наряд крестьянской девушки в XVII в. состоял из следующих предметов: «На девке Анютке платья: кафтанишко зеленой суконной, телогрея крашенинная лазорева, перевязка шита золотом». Перечень этот приводится в записи допроса беглых холопов от 1649 г., сделанной в Москве. Постепенно название это выходит из употребления. Наиболее долго оно сохранялось в наших северных местах, как и сам головной убор. 

Повязки — девичьи головные ленты, как и перевязки. Название повязка было распространено меньше, лишь в районе от Тихвина до Москвы. В конце XVIII в. так называли ленты, которые носили сельские девушки. На юге употреблялось название связки. 

По внешнему виду и по назначению близок к повязке венец. Это нарядный девичий головной убор в виде широкого обруча, расшитого и украшенного жемчугом, бисером, мишурой, золотой нитью. Нарядная передняя часть его носила название щебенка, иногда так именовали и весь венец. 

У замужних женщин были закрытые головные уборы. Например, покрывало в сочетании с древними славянскими «оберегами» в виде рогов, гребней — это кика. Кика, кичка — славянское слово с первым значением 'волосы, коса, вихор'. Кикой называли только венчальный убор, что видно, например, из описания царской свадьбы, которая была в 1526 г.: «Великому князю и княжне голову почешут, а на княжну кику положат и покров навесят». Кичка — повседневный убор, который носили главным образом женщины южнорусской территории. Разновидность кики с лентами называлась снуром. Известен в Воронеже, Рязани и Москве. 

История слова кокошньск (от кокошь — 'петух'), судя по письменным источникам, начинается во второй половине XVII в Кокошник был общесословным головным убором, носили его в городах и деревнях, особенно на Севере. 

Кики и кокошник имели…подзатыльники — задки в виде широких сборок, покрывающих затылок. Их любили северянки, а южанки обходились зачастую и без них. 

Вместе с кичкой носили сороку (шапочку с узлом назади), но на Севере она распространена меньше. Ее при необходимости заменял кокошник. 

В северо-восточных краях кокошники были своеобразны. Их называли шамшурами. В росписи имущества Строгановых, составленной в Сольвычегодске в 1620 г., находим такое описание: «Шамшура шита золотом по белой земле, очелье шито золотом и серебром, шамшура плетеная». 

Нарядный девичий или женский головной убор — головодец представлял собой высокий овальной формы убор с открытым верхом. Делался из нескольких слоев бересты и обтягивался вышитой тканью. В вологодских деревнях головодцы могли быть свадебными уборами невест. 

Различные шапочки под платки, под кички носили только замужние женщины, особенно на севернорусской территории и в средней России, где климатические условия и нравственные требования суровее, чем на юге. Напомним, что замужней женщине полагалось полностью покрывать волосы. 

После венчания на женщину надевали подубрусник: «Да на четвертом блюде положити кика, да под кикою положити подзатыльник, да подубрусник, да волосник, да покрывало» — читаем в «Домострое» XVI в. Сравним с этими словами такую ситуацию, описанную в 1662 г.: «Он же, Симеон, велел, со всех жон с роботниц подубрусники сняти и простоволосыми ходить, девками, потому что де у них законных мужей не бывало». Подубрусники часто упоминаются в описях имущества горожан и богатых жителей села, но в XVIII в. квалифицируются «Словарем Академии Российской» как тип простонародного женского головного убора. 

На севере чаще, чем на юге, встречается волосник — шапочка из ткани или вязаная, под платок или шапку. Слово упоминается с последней четверти XVI в. Вот несколько примеров: «Меня Марьицу во дворе у себя бил по ушам и окосматил, и ограбил, а грабежом у меня з головы схватил шапку да волосник золотой да шелком вязан, обшивка жемчюжная». Запись эта сделана в Великом Устюге в 1631 г. От кокошника волосник отличался меньшей высотой, он плотно облегал голову. Уже в XVII в. этот убор носили лишь сельские женщины. Снизу подшивали расшитый круг из плотной ткани — ошивку. Волосник иногда даже назывался ошивкой, которая являлась самой роскошной и видной частью убора. Приведем два описания волосника: «Да жены моей два волосника золотных, у одного ошивка жемчужная, у другова ошивка шита золотом»; «ошивка с волосником жемчюжная с канителью». 

Во второй половине XVII в. в среднерусских источниках наряду со словом ошивка начинает употребляться слово сетка, что свидетельствует об изменении вида шапочек, надеваемых на волосы. Она стала употребляться как единое целое с пришиваемым снизу плотным кругом и получила название отшивка Волосник же по-прежнему сохраняется на севернорусской территории. 

Таким образом, подубрусники в донациональный период чаще носили в городе, волосники — в селе. Ошивка и волосник — два взаимозаменяющие названия. 

Шитая комнатная шапочка у знатных женщин называлась чепец (XV в.). 

Из татарского языка заимствовано название тафья. Тафья — шапочка татарского образца, надеваемая под шапку. Впервые упоминание о ней находим в тексте 1543 г. Первоначально ношение тафей яростно осуждалось церковью, поскольку тафьи не снимали в церкви. Но они все-таки вошли в обычай царского двора и в быт феодальной знати. Со второй половины XVII в. их носят и женщины. 

Все упомянутые головные уборы женщины носили преимущественно дома, а также летом на улице. В зимнее время наряжались в меховые шапки самого различного вида из разнообразных мехов. Верх обязательно ярко-цветной. Словом, утеплялись сразу в несколько платков и шапок. А о них рассказ дальше...