Преподобный Павел Обнорский

Великий угодник Божий и чудотворец Павел Обнорский родился в 1317 году в Москве от богатых и благородных родителей и по тогдашнему времени получил самое лучшее воспитание.

Благочестивые родители его ничего не жалели для образования единственного своего сына, готовя в нем верного слугу великому князю и наследника своих многочисленных имений.

Какие родители не желают видеть детей своих пристроенными, женатыми, кому из них не хочется ласкать и любоваться внучатами. Что удивительного, что и родители Павла, лишь только он стал подрастать, начали помышлять о его женитьбе и присматривать ему невесту. Когда юноша достиг совершенных лет, то на самом деле приступили к выбору невесты, советуя ему вступить в законный брак. Однако он предпочел их воле волю Божию, указующую ему другое звание. Тайно оставив дом родителей, он удалился на Волгу в Христорождественский монастырь и на 22 году рождения принял на себя иноческое пострижение. Это было в 1388 году при Московском митрополите Феогносте.

В то же время в темных лесах Радонежских уже сиял великий светильник иночества—преподобный Сергий, и слава о его чудесных подвигах и духовной мудрости, обносившаяся всюду, достигла и берегов Волги. Некоторые из братии, имевшие случай видеть преподобного Сергия, равно и странники, приходившие в Христорождественский монастырь, все единогласно отзывались о нем с величайшей похвалой, сравнивая с древними великими и богоносными отцами. Услышавши о нем, молодой подвижник чрезвычайно обрадовался, как если бы сам небесный Промысл указывал ему на великого учителя, в школе которого он вполне мог изучить высокую мудрость иноческого жития. Испросив себе увольнение у настоятеля, Павел оставил Рождественский монастырь и направился в Радонежские леса, намереваясь совершенно отказаться от своей воли и предаться руководству святого старца.

Преподобный Сергий принял странника с великой любовью и со всем усердием начал руководить его по пути спасения. Мудрый наставник провел его по всем монастырским послушаниям, от поварни, до трапезы, чтобы будущий учредитель общежития во всем приобрел опытность, научил его совершенному отрешению от своей воли и всем иноческим добродетелям. Так что, придя подражать другим, он в деле благочестия сам скоро сделался примером и образцом для многих.

Проведши таким образом среди святого братства немало времени и постоянным бдением своего сердца достигши такого умиления, что из очей его непрестанно изливались источники слез, Павел, чтобы еще более усовершить себя в подвижничестве, много раз просился у преподобного Сергия на безмолвие и уединение. Богомудрый наставник, видя ревность Павла и утвердившись в его готовности к подвигу, согласился наконец на его просьбу и дозволил ему трудиться для бога по внутреннему своему расположению.

Получивши благословение Сергия, Павел заключился в уединенной келье вне монастыря, из которой не выходил 15 лет. В течение этих лет он так привык к уединению и столь полюбил безмолвие, что смотрел на него как на лучший и надежный путь ко спасению, но тяготился тем, что братия стала ходить к нему для посещения и духовных бесед. Оттого блаженный Павел и решился просить преподобного Сергия, чтобы он благословил его идти в пустыню н совершенно удалиться от людей. Преподобный Сергий отпустил его, всецело уверенный в чистоте и святости его побуждений, и дал ему в благословение медный крест.

Павел долго странствовал, много обошел мест и пустынь, жил некоторое время в Галичской великой пустыни. После этого он перешел на Городец в Покровский монастырь, а затем устремился на Север. Достигши непроходимого Комельского леса, занимавшего огромное пространство, Павел увидел на берегу реки Грязевицы большое дупло устаревшей липы и, поселившись в нем, три года вел жизнь самую суровую.

По тайному Божию внушению семидесятилетний старец вдруг оставил свое гнездо и Перешел на реку Нурму, где ему полюбилось место на полугоре на правом ее берегу, показавшееся ему удобным для безмолвия. Во время своих многократных и продолжительных странствий он много повидал подобных мест, но сердце его никогда при виде их не чувствовало той тихой и мирной радости, какой исполнено было ныне.

Освятив усердной молитвой избранное место, он построил себе хижину, которая была просторнее оставленного им дупла, выкопал близ нее колодец и жизнь его опять потекла в подвигах поста, бдения и молитвы, сопровождаемой слезами умиления.

Преподобный Сергий Нуромский при первой встрече с блаженным Павлом увидел истинно райскую картину: стаи птиц вились около преподобного Павла, некоторые сидели у него на голове и на плечах, а он кормил их из своих рук. Тут же стоял медведь, ожидая пищи от пустынника; лисицы, зайцы и другие животные бегали вокруг, не опасаясь сильнейших и не нападая друг на друга, по смиренно ожидая своей очереди. Тварь еще не забыла своего первоначального назначения и охотно повиновалась человеку, когда видела, что он достоин того и верен Творцу!

Павел избрал Сергия своим духовником, открывал ему все свои помышления и такое имел к нему уважение, что когда Сергий посещал своего духовного отца, то он провожал его до владений Сергиева монастыря. На том месте, где подвижники расставались, была поставлена часовня. Она находилась в поле у села Спасского.

По преставлении преподобного Сергия Павел взял к себе ученика его Алексия и отправился с ним в Москву к митрополиту Фотию, чтобы испросить у него благословение на устроение храма и обители. Тогда многие являлись к владыке с подобными просьбами, одни добивались себе дозволения устроить монастырь для того, чтобы проводить в нем жизнь более достойную и обеспеченную, другие—чтобы выйти из под начальства строгого настоятеля и самим стать начальниками. Понятно, что митрополит Фотий, как строгий инок и блюститель порядка, не мог не относиться к таким посетителям с недоверием и часто должен был отказывать.

Когда явился к нему Павел, то старость, убогий вид, худая одежда и простота обращения не внушили большого доверия к нему со стороны первосвятителя, который к тому же был иностранец (грек) и не обладал вполне знанием русского языка. Фотий неблагосклонно принял безвестного просителя, гневно и с предубеждением говорил с ним и отпустил его неудовлетворенным.

Тжело и горько было пустыннику выслушивать несправедливые и обидные слова владыки после того, как он раскрыл перед ним свою душу, но смиренный послушник не возражал и только выходя из митрополичьих келий, объятый ревностью к святому делу, сказал в ответ: «Не так будет, как ты говоришь, владыко, а совершится так, как угодно Пресвятой Троице, избравшей меня, недостойного, орудием к прославлению Ее святого имени».

Сказав то, старец удалился. В следующую ночь странное видение видел святитель и услышал голос: «Зачем ты оскорбил человека Божия? Не знаешь ли, что оскорбляешь самого Христа, благоволившего, чтобы исполнилось то дело? Поспеши найти старца и исполни все по его прошению, иначе много за то пострадаешь».

Фотий всю ночь провел без сна в страхе и сожалении о своей невольной погрешности и утром разослал всех своих служителей, чтобы скорее отыскали и привели к нему пустынника. Посланные нашли его на молитве в одной из московских обителей.

С особенной честью в дверях своей келий встретил его владыка и, испросив прощения в том, что вчера по неведению наговорил ему много оскорбительного, потом попросил рассказать подробно все, чего он желает.

Выслушав желание преподобного и узнав его кроткий и боголюбивый нрав, митрополит благословил его воздвигнуть храм Святой Троицы и устроить общежитие. При этом учительный владыка долго беседовал с ним, дал ему значительный вклад на строение обители и в знак Своего уважения к пустыннику принудил его принять для себя собственную его богатую одежду, которую старец вскоре переменил на худшую. Так как Павел, по своему смирению, отказался принять на себя сан священства, то владыка посвятил в священный сан для устрояемой обители ученика его Алексия.

По возвращению из Москвы преподобный Павел немедленно начал в пустыне святое дело строения храма, а когда он был сооружен, святитель Фотий прислал с антиминсом поучительную грамоту пустыннику.

Соорудив храм, устроив братские келий, другие необходимые здания и службы, преподобный Павел ввел в новоустроенной обители самый строгий порядок и общежительный устав, который требовал, чтобы в монастыре все было общее и никто не имел бы никакой собственности и не держал в келье ничего излишнего. Каждый должен был трудиться так, чтобы не быть праздным и питаться своими трудами, чтобы иметь возможность помогать другим и давать милостыню. Занимающиеся каким-нибудь рукоделием или особым ремеслом, все, что сделают, обязаны были отдавать в общее хранилище.

Не позволял преподобный иметь в монастыре горячих напитков, ибо они, говорил он, составляют корень всех зол.

Достигши глубокой старости, Павел не ослабевал духом, с любовью и благодарностью к Богу переносил старческие недуги. В 112 лет он все еще был светл и бодр. Перед своей кончиной преподобный Павел приказал созвать к себе в келью всю братию и, лежа на смертном одре своем, долго беседовал с ними, со слезами прося и убеждая их соблюдать отеческое предание и монастырский устав. В самый час отхода пожелал он еще раз причаститься Божественных Тайн, потом благословил братию, осенил себя крестным знамением и в тихой молитве предал Богу святую свою душу.

Кончина его случилась в 1429 году, 10 января. С надгробным пением, со слезами и с великим благоговением братия понесли его тело на своих головах чрез пустынные воды Нурмы в церковь и погребли среди своей обители близ храма Живоначальныя Троицы.

В январе 1538 года казанские татары полностью разграбили монастырь, лишив жизни многих из его братии. В 1546 году игумену Протасию пришло на мысль поставить над гробом преподобного Павла каменную церковь во имя его и его учителя преподобного Сергия Радонежского, так как от гроба старца происходило много чудес и исцелений, очевидцем которых был Протасий.

В 1547 году собор российских архиереев причислил преподобного Павла к лику святых. Служба ему написана в следующем, 1548 году. При перестройке почти заново всего монастыря церковь над гробом преподобного, построенная игуменом Протасием, была разобрана и вместо нее сооружена нойая. Над мощами его в 1878 году была поставлена серебряная рака. Память преподобного Павла совершается 10 января в день его преставления.